На борт катера «Мечта» они поднимались весёлой, шумной гурьбой. Лия прыгала от нетерпения, её мама поправляла ей панамку, отец снимал всё на телефон, а Антон нёс сумку с бутербродами и водой.
Их весёлой толпой слегка затеснили в сторону пожилого мужчину в аккуратной серой кепке, с добрыми, но чуть усталыми глазами и с фотоаппаратом на шее. Он терпеливо посторонился, прижимая к груди фотоаппарат.
— Простите, мы вам не помешали? — вежливо сказал Антон.
— Ничуть, — улыбнулся мужчина. Его голос был мягким и низким. — Места хватит на всех. Меня зовут Николай Иванович.

Лия сразу приметила его фотоаппарат.
— А вы птиц снимаете? — спросила она, показывая на чаек.
— Чаек, в основном, — оживился Григорий Иванович. — Они свободные. Никто им не указ.

И вот они на борту белого катера. Катер был... обычным. Гул моторов, запах солярки, гид с микрофоном. Катер отошёл от берега. Николай Иванович осматривал горизонт, Антон смотрел, как берег, их берег с Волшебным Камнем, уплывает. Лия же стояла на палубе, вся вытянувшись вперёд, и шептала что-то на ушко ветру.

Когда берег скрылся из виду, гид объявил: «Сейчас начнём искать дельфинов! Они любят играть с кильватерной струёй!» Катер рванул вперёд. Первой заметила Лия. Она, отвернувшись от рассказа гида, уставилась на кильватерную струю.
— Папа, мама, смотрите!

За кормой, в белой пенной дорожке, оставленной судном, будто из ниоткуда появились они. Волны-барашки. Не десяток, а сотни! Целая армада крошечных, пушистых, сверкающих на солнце существ. Они не отставали, они катались на этой искусственной волне, как серферы, перепрыгивая друг через друга и оставляя за собой радужные брызги. А впереди всех, лихо виляя, как заправский пилот, нёсся Брызг.

— Смотри, Антон! — закричала Лия. — Это Брызг! Он с нами поплыл!
Антон засмеялся. Он видел.... Лия захлопала в ладоши.

И вдруг гид, прервав свой рассказ, взволнованно крикнул: «Смотрите направо! Стая!»

Все ринулись к правому борту. Из глубины, как серебристые стрелы, вынырнули дельфины. Пять, шесть, десять грациозных спин. Они плыли параллельно катеру, легко обгоняя его. Люди замерли в восторге, щёлкая фотоаппаратами.

А Лия с Антоном сразу заметили одного дельфина, который отделился от группы и направился... прямо к корме, к барашкам. Он был крупнее, на его боку была знакомая царапина-полумесяц.
— Арион! — прошептали они одновременно.

Арион проплыл сквозь строй барашков, которые расступились перед ним, как почётный караул, и издал серию быстрых, мелодичных щелчков. И тогда произошло невероятное.

Дельфины из стаи вдруг сменили курс. Они окружили катер и словно актёры, вышедшие на сцену, начали представление.
Они выстраивались в круг и синхронно били хвостами, создавая фонтан из радужных брызг.
Двое самых молодых выпрыгнули в воздух и, крутясь, перебросили друг другу... нет, не мячик. Маленького, сверкающего Брызга!
Тот, кувыркаясь в воздухе, рассыпался тысячей бриллиантовых капель и тут же собирался в пушистый комочек на спине у Ариона.

Люди на катере затихли в изумлении. Это было нереально. Это было... волшебно.

Потом Арион проплыл под самым бортом, посмотрел вверх — прямо на Антона и Лию — и издал короткую трель.
А затем развернулся и направился... прямо к Николаю Ивановичу.

Мужчина замер. Огромное, сильное, дикое животное остановилось в метре от него, с любопытством рассматривая человеческое лицо.
Николай Иванович не потянулся к фотоаппарату. Он просто смотрел. И в его глазах что-то дрогнуло — лёд многолетней, тихой грусти.
Тогда Арион совершил то, что не делал для других пассажиров. Он ... подмигнул. Один раз, медленно и совершенно недвусмысленно.
Николай Иванович ахнул.

Арион подплыл ближе к борту, к Николаю Ивановичу. Взглянул на него тёмными, умными глазами. И... аккуратно выдохнул струйку воздуха прямо на его ладонь, лежавшую на поручне. Струйка была тёплой, влажной и пахла морем и бесконечностью.

В этот миг что-то переключилось. Мужчина не увидел духов или фей... Он почувствовал.... Почувствовал связь.... Невидимую, прочную нить между этим большым, живым существом, смеющейся девочкой, счастливыми улыбками окружающих людей и тем крошечным упрямым комочком пены, который сейчас делал сальто. Он понял, что стал частью чего-то большого, настоящего и невероятно доброго...

А представление продолжилось. Дельфины начали свою игру с Брызгом. Они подбрасывали его, проносили на спинах, а он, рассыпаясь искрами, снова собирался. Это было настолько явно «не просто поведение животных», что даже гид умолк, а другие туристы заворожённо смотрели, забыв про телефоны.

— Дедушка, — тихо спросила Лия. — что вы увидели?
Николай Иванович приобнял девочку за плечи, смахнул смущённую влагу с уголка глаза.
— Это... — он запнулся, ища слово.
— Дружба, — подсказала Лия, заглядывая в его глаза.
— Да, — кивнул Николай Иванович. — Дружба. Самая что ни на есть настоящая.

На обратном пути Николай Иванович сидел не один. Он сидел с Лией, Антоном и её родителями. Он показывал им фотографии своих чаек, а они рассказывали ему про Волшебный Камень и Лунные Блики.

Брызг и его команда не отставали. Они провожали катер до самого берега, танцуя в струе. А когда они сошли на пристань, Николай Иванович обернулся. На прощанье Арион высоко выпрыгнул из воды, сверкнув на солнце!

На прощание он пожал всем руки.
— Спасибо, — сказал он просто. — Я сегодня, наверное, сфотографировал не только чаек...

Он ушёл, но на следующий день они нашли его на своём пляже.
Николай Иванович сидел на камне поодаль, не мешая, и смотрел на море новыми глазами — глазами человека, который знает, что за привычной гладью воды скрывается целая вселенная.
Он больше не был пассажиром.
Он стал свидетелем.
А это, как известно, самая почётная должность в мире чудес )))